И немного о еще одном поэте, о Евгении Джен Барановой...

Она идет по пути таинственности, ассоциативности. За поиском и обретением на развилке, за Мандельштамом. Автор затягивает читателя в лабиринт, через который необходимо пробраться. В этой хитрой игре все перевернуто с ног на голову. Того и гляди почувствуешь себя Алисой, провалившейся в нору. «Человечек непрочный» вот-вот разобьется, но на излете последней секунды понимает, что жизнь – это праздник, и жизнь – это смерть, которая всегда с тобой: «Нянька не шастает с кружкой,/ женщины в долг не дают./ Кончили елку игрушки,/ плачет над цезарем брют».